Dark factory в софте: свет выключают не там, где кажется

Dark factory — это цех, в котором не включают свет. Роботам он не нужен, а людей внутри нет. FANUC гоняет такой завод не первый десяток лет: роботов там собирают роботы, смена идёт неделями без человека на площадке.

В софте такой цех собирается прямо сейчас, и выглядит он не так, как рисуют на слайдах.

Как выглядит тёмный цех в софте

Никаких человекоподобных роботов за мониторами. Форма другая: работа входит в контур сообщением, агент делает ход, наружу выходит результат.

Снаружи приходит всё подряд — алерт из мониторинга, обращение клиента, коммит, вебхук платёжного шлюза. Отправители разные, формат один: сообщение с отправителем, темой, телом и требованием разобраться.

Внутри его принимает процесс агента, который живёт постоянно. Не запускается на каждый запрос, а держит сессию: в неё уходит кадр с задачей, обратно приходит кадр с результатом. Инструменты подключены конфигурацией, доступы выданы его учётной записью, регламенты лежат в репозитории, который он читает.

Агент, который разбирает инцидент, и агент, который разбирает обращение пользователя, отличаются промптом и набором инструментов. Труба у них общая. Значит, работу можно передавать между ними, и конвейер собирается из ходов.

Ближний край: что это уже умеет

Мы на днях проверили самый простой случай — инцидент.

Алерт о всплеске ошибок уехал вебхуком в агента. За один ход он сходил в хранилище логов, сходил в кластер за состоянием подов, сопоставил одно с другим и выдал первопричину: в шлюзе нет слушателя на 443, приложение бьётся в собственный HTTPS-домен и получает ECONNRESET. Под при этом живой, три дня без рестартов, и глазами это выглядит как «приложение сломалось».

Сорок минут работы инженера. Один ход агента. Разбор целиком — с кодом релея и командами.

Инцидент здесь — частный случай. Тем же способом заезжает фидбэк пользователя, отчёт о падении сборки, запрос на выкатку стенда.

Арифметика, которая от этого ломается

SaaS-продукт держал этаж. Сложный финтех — этаж плюс дежурная смена, плюс отдельные люди на регламентную отчётность.

Значительная часть этой численности уходила на передачу состояния между головами. Кто-то смотрит в логи и пересказывает в тикет. Кто-то читает тикет и идёт в кластер. Кто-то собирает из этого отчёт. Каждый шаг — копирование между двумя системами, у каждой из которых есть API.

Тёмный цех убирает именно это звено. Решения остаются людям, передача состояния уходит машинам, и тот же продукт начинает сопровождать команда, которая помещается в один созвон.

Где свет не выключается

Дальше начинается место, на котором продают сказки, поэтому дальше — с цифрами.

Агенты сами по себе выигрыша не дают. В отчёте ROI of AI-assisted Software Development DORA формулирует это прямо: ИИ работает усилителем, и отдача приходит не от инструментов, а от системы под ними — качества внутренней платформы, ясности процессов, согласованности команд. Усилитель одинаково хорошо усиливает и порядок, и бардак.

Оттуда же три вещи, которые ломают наивный план.

J-кривая

Сначала производительность падает, и это нормальный этап. METR намерил разворот на 37 пунктов за год: от минус 19 процентов в начале до плюс 18 потом. Команда, которая свернёт работу на дне кривой, увидит только подтверждение, что «не работает».

Налог на проверку

Код и выводы, сгенерированные машиной, надо проверять, и это отдельная работа, которой раньше не было. Она не исчезает от того, что генерация стала быстрее.

Бутылочное горлышко переезжает

Писать код быстрее и открывать пулл-реквесты чаще само по себе не означает, что компания доставляет больше ценности. Если остальной конвейер не успевает, выигрыш всплывает в другом месте как издержка: очередь на ревью, переделки, сломанные тесты, риск в проде.

Что на самом деле сделало наш ход дешёвым

Если перечитать историю с инцидентом, окажется, что модель там — последняя по важности деталь.

Агент нашёл причину за один ход, потому что под ним лежало следующее:

• одно хранилище логов на всю платформу: не пять источников с разными схемами, а один адрес и один язык запросов;
• один описанный способ попасть в кластер, вместе с ловушками, на которых спотыкаются люди;
• регламенты в машинно-читаемом виде: AGENTS.md в корне репозитория, документация по соседству, журнал работ рядом;
• ограниченный вход: агент принимает вебхук от своего же Alertmanager, а не произвольный текст из интернета.

Это и есть та самая «система под инструментами» из отчёта DORA. Тёмный цех невозможен на неубранной площадке: робот не обойдёт коробку, которую человек привык переступать.

Отсюда практический вывод, неприятный для тех, кто хочет купить результат. Работа по приведению платформы в порядок агентами не отменяется, она становится условием их окупаемости. Разнородный контур с пятью источниками истины и документацией в голове у двух человек даст ровно то, что описывает DORA: ускоренную генерацию, выросший налог на проверку и ноль на выходе.

Честный статус

У нас свет в цеху ещё горит.

Агенты разбирают инциденты и обращения, но между собой пока не разговаривают: каждый висит на своей трубе и отдаёт результат человеку. Автономных конвейеров, где один агент передаёт работу другому без человека в середине, у нас в проде нет.

Править боевые манифесты агент тоже не может. Цена ошибочного применения конфигурации в проде несопоставима с экономией сорока минут, и это ограничение мы сняли сознательно.

Направление при этом видно. Этаж людей был нужен, пока состояние приходилось переносить руками; как только переноска ушла машинам, размер команды стал определяться количеством решений.

Выключатель уже на стене, и свет пока нужен ровно там, где эти решения принимают.